Theatrehd: берлинская опера: трубадур (sub)

Верди в стиле бёртоновской «Алисы»: Пласидо Доминго и Анна Нетребко в самой огненной из опер
 

Режиссёр Филипп Штёльцль, известный по работе над фильмами и постановками Вагнера, решил отказаться от исторической достоверности: вместо Испании XV века действие его «Трубадура» в Берлинской опере разворачивается в сюрреалистическом, сказочном и одновременно зловещем пространстве, которое критики сравнивали с миром Тима Бёртона и «Алисы в Стране чудес». Но самой яркой и выразительной частью визуального решения стали костюмы Урсулы Кудрны, гротескные и запоминающиеся.
 

Эмоциональный нерв спектакля составили два дебютанта — Анна Нетребко (Леонора) и Пласидо Доминго в своем баритоновом амплуа (граф ди Луна). Наблюдать за тем, как великий певец переосмысливает себя в новом качестве, уже само по себе захватывающее зрелище. Третий именитый дебютант – в оркестровой яме: для Даниэля Баренбойма это тоже был первый опыт дирижирования знаменитой оперой.
 

Это не реалистичный «Трубадур», а сказочный фарс, где персонажи оказываются запертыми в «пузыре театральной причуды». Режиссёр намеренно избегает пафоса, делая ставку на карнавал. Как ни странно, этот подход заставляет зрителя заново пережить трагедию любви и мести, пропуская её через призму абсурда и гротеска.
 

Центральный элемент сценографии, созданной Штёльцлем совместно с Конрадом Морицем Рейнхардтом, – открытый куб, наклоненный в сторону зрительного зала: его стены, выполненные в виде двухметровых деревянных панелей, имитирующих крепостные стены, одновременно служат и ограничителем пространства, и холстом для видеопроекций. Художник по свету Олаф Фрезе и команда видеодизайнеров fettFilm используют этот минималистичный объём для создания настоящих визуальных метаморфоз: стены «разрушаются», превращаются в звёздное небо и демонстрируют сюрреалистические образы, напоминающие картины Роберта Уилсона –  насыщенные тени и игра света добавляют происходящему почти кинематографическую глубину.
 

Костюмы превратили хор и персонажей то ли в колоду карт, то ли в труппу бродячих циркачей и средневековых скоморохов: и хор, и второстепенные персонажи облачены в яркие, эксцентричные наряды. Для постановки было сшито 107 воротников-рафов (испанских брыжей), которые подчеркивали гротескную и карикатурную природу образов. Армия графа выглядит как пуритане с копьями, а цыгане Азучены – не оборванцы, а клоуноподобные хулиганы. Не избежали стилизации и главные герои: Азучена Марины Пруденской напоминает безумную Коломбину, а Леонора (Анна Нетребко) щеголяет в нарядах с гипертрофированными турнюрами и карикатурными светлыми париками, интересно контрастирующими с трагичным образом героини.
 

Хореография Мары Курочки заставляет массовку двигаться синхронно и гротескно, а некоторые сцены решены в виде почти детских «живых картинок» с миниатюрными фигурками персонажей, что придаёт спектаклю странную, игрушечную жестокость.

Музыкальный руководитель театра Даниэль Баренбойм впервые дирижировал «Трубадура» и подошёл к этому нетривиально. Он заставляет оркестр звучать с необычной тёмной глубиной, что превращает знакомую оперу в новое музыкальное открытие.


Постановка и сценография – Филипп Штёльцль
Дирижёр – Даниэль Баренбойм


Действующие лица и исполнители:


Граф ди Луна – Пласидо Доминго
Леонора – Анна Нетребко
Азучена – Марина Пруденская
Манрико – Гастон Риверо
Феррандо – Адриан Сымпетрян
Инес – Анна Лапковская